Заключительный фильм трилогии о роли российских евреев в жизни страны и мира "Русские евреи. Фильм третий. После 1948 года" выходит в прокат 21 сентября. Журналист Леонид Парфенов поговорил с ТАСС о своей новой картине, а также о планах на будущее и своей социальной позиции.

— Еще после выхода первой части "Русских евреев" о главной идее фильма вы говорили так: "Это фильм об истории русских евреев последних 150 лет. Об их интеграции в русскую культуру и выходе через нее в мир". Можете ли вы сейчас, после завершения трилогии, рассказать, какова была сверхзадача всего проекта?

— Сверхзадача одна — показать, что есть такая форма русскости под названием "русские евреи". В фильмах проекта мы постарались рассказать о том, как эта нация прошла путь от участия в социализме до диссидентского сопротивления ему. Все это мы проиллюстрировали на примерах трех поколений русских евреев — вождей, ученых, журналистов, чекистов, писателей, художников, режиссеров, предпринимателей, композиторов.

— Над трилогией вы работали на протяжении трех лет. Успели вывести формулу "еврейского счастья"?

— Фильм выражает исключительно мой взгляд на тему богатства русской цивилизации. И у меня нет никакого мнения о том, как осчастливить эту нацию. Я рассказываю, что значит прийти в русскую цивилизацию, которая чувствует тебя своим, только если ей это будет удобно. Но это не значит, что мы призываем к ассимиляции. Хотя как русскому патриоту мне приятно, что какому-то иностранцу в XVIII или XIX веке было круто считать себя русским. Не уверен, что сегодня грузины или немцы, например, активно стремятся поменять свое гражданство на российское.

— Ваш фильм ставит точку на распаде СССР. Означает ли это, что еврейский вопрос потерял свою актуальность в XX и XXI веках и решен окончательно?

— Владимир Путин — пример нечастого типа российского правителя, лишенного антисемитизма. И я убежден, что нет более спокойного времени по этому и по многим другим национальным вопросам, чем то, в которое мы сейчас живем. К примеру, наш министр обороны — тувинец. В советское время этот факт вызвал бы множество вопросов. Раньше мы все знали, что по пятому пункту (графа "национальность" в паспорте) евреев не принимали в МГУ. Пример — богослов Александр Мень.

Сегодня же модно выискивать еврейские корни для репатриации. Весь XX век вел к открытости и космополитичности. Это тренд времени. Конечно, есть представители с архаичным сознанием, у которых живы предрассудки по отношению к тем же евреям. Но если разобраться, у нас всех еврейская карьера. Три четверти из нас, как говорили раньше, "продавцы воздуха". Мы получаем образование, ремесло и живем его продажей. Никто не сеет и не жнет.

— В вашем фильме много технического оформления — графика, анимация и т. д. Возможно ли сегодня документальное кино без этих средств? Интересно ли будет его тогда смотреть?

— Нет. Документальное кино сегодня должно быть организовано как актуальное, современное зрелище. Зритель привык к "интенсивному экрану", который до последнего держит внимание, как в клипах или блокбастерах. Кто будет смотреть пресное документально кино? Зрелище требует современных подходов. Можно рассказывать о каком угодно далеком нафталине, но делать при этом актуальный модный продукт современным языком. Иначе это не журналистика, а какой-то научпоп.

— О чем будет ваш следующий фильм?

— Существует три нации, которые в разные периоды, но на протяжении всей российской истории становились титульными. Я говорю о евреях, грузинах и немцах. В равной степени я готов приступить к съемкам про оставшиеся два народа. Особенно мне интересны русские грузины. И вообще нашей страной дольше всего правили немка и грузин.

— В поисковой системе "Яндекс" один из самых популярных запросов, когда набираешь фамилию Парфенов, сообщение о вашей репатриации в Израиль. Можете прокомментировать?

— Я никуда иммигрировать не собираюсь. В Израиле бываю часто. Правда, в этом году еще не успел туда съездить.

— Вам предлагают работать на телевидении? Хотели бы вы сами вернуться к ТВ-журналистике?

— Это у телевидения нет желания, чтобы я на нем работал. Да и мне это не нужно. Я замечательно себя чувствую, создавая документальные фильмы, через которые можно обращаться к зрителям. Я все время занят телепродуктом. Мне этого достаточно.

Беседовала Оксана Полякова


Добавить комментарий