– На разных этапах развития русской цивилизации по разному проходили несколько народов, особенно массово и ярко. Три, пожалуй, ярче всех – это грузины, немцы и евреи. Временами доходили до состояния такой почти второй титульной, городской нации. В культуре, в языке, вообще в русскости делали русскую карьеру. Скажем, Ираклий Андроников для всех, кто постарше, в России навсегда образец лучшего русского языка. Никому, я думаю, даже и в голову особо не приходит, что вообще он Андроникашвили и из грузинского княжеского рода. И так далее.

И евреи среди них, особенно в советское время, в революции, в кинематографе, в шахматах, в физике, в разведке, контрразведке, в изобразительном искусстве, огромная плеяда людей, которые в общем отказывались от своей национальности. Они делали русскую карьеру, русскую музыку, особенно легкую музыку в советское время.

Вот это изумительный феномен русской культуры, этой пластичности, этой способности вбирать в себя разные силы, которые оказываются русскими в результате. Самый очевидный пример, это мулатство нашего Всего, который мог про себя написать «Потомок негров безобразный».

– Почему вы именно эту тему выбрали?

– Ну, потому что, мне кажется, это интересно. Я всегда делал фильмы про русскую культуру, ни про что другое в общем фильмы и не снимал. Вот будут еще, я надеюсь, грузины и немцы. Делаешь так, чтобы это было интересно тебе, и пытаешься этим своим интересом заинтересовать зрителя, ну, потому что если тебе не интересно, то уж точно никого не сможешь заинтересовать.

– В вашей картине была произнесена такая фраза «Убили еврея, потому что, кто еще?». В принципе в российском государстве было такое, предвзятое отношение к евреям?

– Нет, ну у кого-то было предвзятое, у кого-то не предвзятое. Я привожу там слова Ахматовой, которая говорила, что в 10-е годы в интеллигентской среде считалось, что есть русский по фамилии Иванов, а есть русский по фамилии Рубинштейн, известная ее фраза. Ну и сейчас есть у кого-то предвзятое, у кого-то нет.

– Однако ведь именно с евреями такая ситуация, что ими или восхищаются или гоняют?

– Ну, слушайте, и к грузинам очень много было всякого, и к немцам было много разного отношения. Нет, мне не кажется, что в этом смысле... Есть всегда предрассудки национальные, у всех народов. Но опять-таки, нет никакого усредненного народа, можно говорить о типе некой массовой реакции, но исключений из этих правил гораздо больше, чем самих правил.

– Во время общения со зрителями вы сказали, что особо не рассчитываете на ТВ-показ...

– Почему? Нет, сначала должны выйти все три фильма. Телевидение не может жить так, что «эти ребята сделают в апреле один фильма, а у них потом будет в январе другой», так не бывает, законы эфира – они другие. Все фильмы наши, последнего времени, они делались без участия телеканалов, но в конце концов дорогу на телеэкран находили.

– Вы еще упомянули, что бюджет... сказали, что никакие трансляции по ТВ их не покрывают.

– Да, получается так, что ты находишь деньги для того, чтобы их потратить в свое удовольствие. Да. Ну потому что у нас нет телерынка, у нас нельзя десять раз продать фильм, какие-то разные права... У нас один канал, один премьерный показ и один повтор – это вот обычная, вполне очень даже хорошая, дай бог чтоб у каждого такая была, судьба документального фильма в России.

– Когда ждать продолжения, второй части?

– У нас в декабре должны быть готовы уже второй и третий фильмы. Очевидно, конечно уже после Нового года будем показывать, когда праздники завершатся.


Добавить комментарий